Дом поневоле


Дом поневолеДетей ЦВИАРНа перевели в другое здание. Прежнее помещение по ул. Кутякова пришло в негодность. Здание признали аварийным, а центр перевели в «Жас даурен».

Воспитание по режиму

В центре в данный момент содержатся дети от 3 до 18 лет. Зачастую это дети из неполных и неблагополучных семей, в которых родители на стадии лишения родительских прав, либо являются хроническими алкоголиками и наркоманами. Как правило эти дети запущены в учебе, многие из них не посещают школьные занятия. У них нет элементарного навыка общения, живут в подвалах, бродяжничают. С начала года 9 детей ЦВИАРНа [Центра временной изоляции адаптации и реабилитации несовершеннолетних], младшему из которых 5 лет, ждут решения своей судьбы.

– Мы переехали в «Жас Даурен» на время, пока решается вопрос со строительством нового центра, – говорит директор ЦВИАРНа Мерген Кулдашев. – Уже разработан проект нового здания, и он находится на утверждении. Сейчас у нас содержатся 9 детей, двое из которых обвиняются в кражах. Остальные помещены сюда по решению городского отдела опеки.

За 2009 год в центре побывало 166 детей. Трое из них попали в спецшколу, кого-то забрали родители, а 90% были определены в детский дом.

– Мы хоть и режимное учреждение, но ни в коем случае не карательное, – продолжает директор. – Здесь содержатся дети, и условия у них должны быть хорошие. Ребят кормят четыре раза в день, в учебное время для них проводят школьные занятия, в свободное время они играют, могут смотреть телевизор. Многие из них и половины этого не видели в своих семьях. Бывают случаи, когда ребенок с голодухи наесться не может, а уж чистая одежда и постельное белье для многих из них вообще что-то из разряда фантастики. Поэтому многие просто не хотят отсюда уходить.

Вообще центр рассчитан на 25 коек. Каждый доставленный сюда ребенок проходит санитарную обработку, медицинский осмотр и сдает обязательные анализы. Максимальный срок пребывания – 6 месяцев, потом детей отправляют либо домой, либо в специализированную школу, бывает, отправляют в детский дом.

– Судьбы у наших жильцов разные, – продолжает Мерген Кулдашев. – Например, сейчас у нас находятся две девочки-сестрёнки из вполне нормальной семьи. Они оказались здесь только потому, что их мама осталась без работы и не может содержать своих детей. Пока органы опеки помогают женщине найти работу, девочки будут находиться здесь. Такое временное содержание допускается, как только все наладится, мать сможет забрать детей.

Недетская судьба

Временное проживание в ЦВИАРНе не всегда заканчивается счастливым воссоединением с родителями, зачастую дальнейшая их жизнь продолжается уже без них. Самый маленький житель центра – мальчик Саша. Белобрысый, голубоглазый мальчуган. Он довольно смышленый и разговорчивый. Отец умер, мать пьет, постоянного места жительства нет. В настоящее время судьбу малыша решает суд. Останется ли он с мамой или будет воспитываться в детском доме, зависит от того, что решат служители закона.

– Мама сказала, что летом меня отсюда заберет, – говорит малыш, – просто нам сейчас жить негде. Когда папка был жив, мы на даче жили, а потом нас выгнали, потому что он наркотиками кололся. Мне здесь неплохо, только к маме очень хочется, она у меня хорошая, бьет иногда, если не слушаюсь, и папка тоже бил, если я баловался, но все равно хочу к маме.

По мнению психолога ЦВИАРН, всех детей, попадающих в центр, объединяет огромная любовь к своим порой непутевым родителям, и обида на весь мир за свое искореженное детство.

– Сложно объяснить, почему эти несчастные дети так привязаны к родителям, от которых они не видят элементарной заботы и любви, – говорит психолог центра Гульжан Дербисова. – Но уж в чем они точно уверены, так в том, что в их бедах виноваты кто угодно, только не папа и мама. Они поступают сюда замученные, грязные, голодные, обиженные на весь мир. Особенно трудно бывает с девочками-подростками. Они более скрытные, чем мальчишки, труднее идут на разговор. Особенно, если девочка пережила насилие над собой, помочь ей с этим справиться бывает очень сложно.

Детки в клетке

В ЦВИАРНе содержатся как дети, оставшиеся без попечения родителей, так и трудные подростки, в том числе правонарушители. Последним выделяется отдельная комната с решетками на окнах и такой же дверью – этакая упрощённая модель камеры. Не знаю, насколько разумно содержать их вместе, но пока ничего другого наши власти не придумали, подобное соседство неизбежно.

Шестнадцатилетний Эдуард проходит по статье «Кража». В своей жизни он успел совершить уже несколько краж и в качестве наказания побывал в спецшколе в Таразе. Однако, исправиться не получилось, а точнее, это никак не исправило его родителей. Постоянные пьянки, отсутствие еды и мальчишка опять залез в магазин.
– Я долго готовился к этому делу. Отследил, во сколько закрывается магазин. В итоге залез и набрал, чего хотел. Что-то раздал, что-то сам съел.

– А ты не боишься, что тебя в тюрьму посадят?
– Нет, не боюсь. А что? Я еще несовершеннолетний, может, опять в Тараз отправят.

Попытки объяснить, что тюрьма это, мягко говоря, не детский дом, что там и один день тянется бесконечно, что родители за него переживают, встретили лишь усмешку.
– Это просто защитная реакция, – говорит психолог. – Они ни за что не покажут свой страх, а уж тем более слёзы, будут строить из себя героев до последнего…
В ожидании путевки в спецшколу закрытого типа коротает время в привычных условиях 14-летний Паша. Ему уже приходилось "отбывать срок" в Центре временного содержания несовершеннолетних, поэтому чувствует он себя здесь весьма комфортно. Скромно потупившись, он вспоминает свои «подвиги»: несколько краж магазинов... Говорит, что каждый раз сожалел о содеянном, но поделать с собой ничего не мог...

– Паша – мальчик из нормальной, вполне обеспеченной семьи, – рассказывает директор. – Мама и папа работают, старшая сестра учится в институте. А вот он с 10 лет из дома убегает, бродяжничает, ворует. Уже и в Таразской спецшколе побывал, и родители его и в Алмату к психологу возили, ничего не помогает. Видимо, судьба у него такая.
Когда Паша выйдет из спецшколы, ему будет уже 16 лет. То есть следующим этапом его «магазинной карьеры», если, конечно, за два года не поменяет увлечение, могут быть места лишения свободы. Где он уже вряд ли кого сможет удивить рассказами о своем «героическом хобби»...

Людмила Русланова

Источник: diapazon.kz
Поделиться новостью

Новости по теме:

Центр новый, проблемы старые

Нам врач не нужен Медико–социальное учреждение «Шапагат» рассчитано на 45 детей с 3 до 18 лет. Уютные игровые комнаты...

У детей инвалидов забрали дом

Три года 25 матерей общественного объединения «Байтерек» добивались создания в Уральске реабилитационного центра для...

Комментарий: 0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.