рольд БЕЛЬГЕР: “Мне льстит, когда меня называют “последним казахом”, но я немец - и от этого не откажусь”


рольд БЕЛЬГЕР: “Мне льстит, когда меня называют “последним казахом”, но я немец - и от этого не откажусь”Герольд Бельгер родился в России, в 1941 году семилетним ребенком был депортирован вместе со своими родителями в Казахстан, как и тысячи семей поволжских немцев, к тому времени уже двести лет считавших Россию своей родиной. В Северном Казахстане семья нашла приют в казахском ауле. Герольд Бельгер вырос среди казахов, закончил казахскую школу, поэтому казахский язык стал ему третьим родным языком после немецкого и русского.

Закончил пединститут, потом аспирантуру, работал учителем в сельской казахской школе, литературным редактором в журнале казахской прозы, переводчиком с казахского, а потом начал писать сам - на всех трех языках. Научная работа, которой занимался Бельгер после окончания вуза, касалась особенностей сопоставительной грамматики и литературоведения.

Впитанный с детства казахский быт, фольклор, обычаи, манера поведения, привычки и вкусы казахов, дали ему, как никакому другому инородцу, возможность проникнуть в душу казахского народа и мыслить так же, как он. А высокая и разносторонняя образованность, врожденное благородство и неизменное следование твердым жизненным принципам и создали ему тот авторитет, который сейчас дает ему право говорить от лица казахов, причем, озвучивать иной раз такие вещи, которые, может быть, из уст другого неказаха воспринимались бы несколько иначе. Недаром друзья называют его Гереке, Бельгибай, “последний казах”.

После своего недавнего 75-летнего юбилея Герольд Бельгер, как он выразился, “наложил мораторий на интервью на некоторое время”, но для корреспондента КазТАГ Валерия НОВИКОВА сделал исключение.

***

- Герольд Карлович, с началом нового года наше общество всколыхнул вдруг внезапно возникший “национальный вопрос”. На сессии ассамблеи народа Казахстана президент изложил свое видение доктрины национального единства, которую, по мнению властей, отчего-то вдруг потребовалось незамедлительно принять. Тезисы президента были восприняты национал-патриотами буквально в штыки и они выдвинули свой вариант. А как Вы оцениваете саму доктрину и позицию национал-патриотов? И вообще, как относитесь к самой ассамблее?

- К ассамблее не отношусь никак, потому что я от нее с некоторых пор отлучен. Дело в том, что я с самого начала был в ассамблее и горячо ратовал за основную ее идею – это развитие национальных культур в стране. Но со временем ассамблея в руках чиновников стала превращаться в некое орудие, дубинку, шокпар в руках властей.

Это меня совершенно не устраивало. А я перестал устраивать их. Я вообще, как писатель, к власти отношусь несколько настороженно. У меня так сложилось с самого детства. У меня с отцом по этому поводу постоянно возникали противоречия. Отец, как коммунист (его убеждения не поколебали даже репрессии против советских немцев и наша семейная, в том числе, трагедия), считал все действия власти правильными, а я, тоже как коммунист, считал все это неправильным.

Так вот, доктрина эта выработана властью с одной целью – блеснуть перед европейскими горе-мудрецами, так называемыми демократами, нашей замечательной казахстанской демократией. Так уж им хотелось показать перед Западом, перед ОБСЕ - какие мы передовые! Внедрили новую национальность – “казахстанцы”!

Я-то с большим подозрением отношусь и к европейской демократии, и, особенно, к американской. Ибо знаю их фальшивые тенденции и двойные стандарты. Поэтому я сразу понял, что из-за этой доктрины поднимется национал-патриотами большой шум. Скажу сразу, что их позицию я тоже не во всем принимаю. Но главную опасность они почувствовали правильно.

В доктрине ведь присутствует идея некоей казахстанской нации. Но такой нации нет, нет такой национальности - “казахстанцы”. Мы – народ Казахстана, но я –немец, ты – русский, мой сосед – казах. Я от своей национальности никогда не откажусь и казахов тоже понимаю. Казахи хотят быть казахами и это их неоспоримое право.

Бесспорно ведь то, что в течение нескольких веков казахи, как этнос, были подавлены и не имели возможности в полной мере выявить свою духовную потенцию. И вот сейчас такая возможность у них появилась. Возможность вылезти из ярма другой идеологии и показать, на что они способны сами.

Я считаю, дайте казахам лет 30-40, может 50, спокойного самостоятельного развития и они полностью выявят, на что способны. А когда они полностью раскроют свой духовный мир, мировоззрение - они сами попросятся в общий котел. Скажут - “Все, мы идентифицировались, теперь готовы в общий котел, будучи уверенными в том, что там не потеряемся, не растворимся!”.

- Вы говорите –“Дайте казахам!”. А кто должен дать? Разве у нас в стране у власти англичане или китайцы?

- У власти-то как раз казахи. Беда только в том, что среди казахов очень сильное расслоение, и это самая большая трагедия. Беда казахов в том, что возникли огромные несоприкасающиеся пласты в обществе. Люди с исконо казахскими корнями и люди вне этих корней. “Чистые”, как я их называю, и “шала”-казахи, “ада”-казахи, оторвавшиеся от этих корней. Нет единства среди этих пластов.

- Если правильно Вас понимаю, то у власти, как раз, находятся “ада”-казахи?

- Да, “ада”-казахи и “шала”-казахи преимущественно. Я это тонко чувствую, потому что отношу себя к “таза”-казахам, чистым казахам, и воспринимаю мир, как степные казахи воспринимали семьдесят лет назад. В человеческом смысле это были очень правильные люди – душевные, открытые. Добрые, с внутренним достоинством. Увы, нынешние казахи это в большой степени потеряли.

Вот мой друг Олжас Сулейменов, или Ертысбаев, который сидит непосредственно во власти и рассуждает о казахском языке, казахской ментальности… Я готов ощетиниться и возразить им, потому что они – ну, как бы сказать, не совсем казахи. Или, как говорит Шаханов, казахи лишь по обличию. Они за то, чтобы как можно больше отдалиться от своих корней, обезличиться, им так удобней и привычней. Вот поэтому я и говорю, что они уничтожают себя, рубят сук, на котором сидят.

Сейчас вся государственная власть в руках у казахов, которые получили русское образование и воспитание. Ходили в русский детский сад, учились в русской школе, потом Москва, МГУ, Петербург… Это, конечно, очень хорошее образование и большое благо. А теперь уже некоторые молодые там, наверху, имеют за плечами и Оксфорд, и Гарвард. Но от своего национального-то они весьма заметно оторвались. И, скорее всего, навсегда.

- Но, вот идейный лидер нацпатов Мухтар Шаханов – он ведь тоже не доморощенный интеллигент. Он стал известным за пределами Казахстана поэтом благодаря тому, что его переводили современные российские поэтические корифеи, Евтушенко, например…

- Шаханов – это другая крайность. Я многие его идеи не разделяю, хотя в целом альтернативный вариант доктрины мне нравится больше. Хотя, есть и такие моменты, которые я просто не могу принять. Например, слова “геноцид казахов”. Или предложение преподавать в школах не русскую, а мировую литературу. Мировую литературу преподавать надо, только не за счет русской.

Там вообще есть какое-то отрицание всего русского. Русской литературы, русского языка… Как будто с русской стороны идет к казахам что-то плохое! Я по специальности преподаватель русского языка и литературы. Как переводчик я вообще работаю над сближением литератур и культур. И могу сказать, что ничего плохого с этой стороны для казахской литературы и культуры не идет.

Или вот проблема перехода с кириллицы на латиницу для казахского языка. Я, честно говоря, одно время был сторонником перехода на латиницу. Мне это, как этническому немцу, в какой-то степени ближе. Большой плюс и сближение с другими тюркскими народами, турками, азербайджанцами - единый шрифт, единая графика… Но ко мне пришли авторитетные казахи, говорят “Ты это брось! Хочешь, чтобы мы еще сильней отстали? Ты нам это во вред делаешь, лучше молчи!”.

И я подумал – а почему я лезу в это дело? Пусть казахи сами решают, каким шрифтом пользоваться. Мне-то ведь совершенно все равно, даже переучиваться не надо. Как они решат, так и мне хорошо. Хотя, конечно, откат назад будет лет на 15-20, не меньше. Надо, как минимум, выучить поколение преподавателей, которые выучат поколение учителей, которые выучат поколение школьников…

А что касается одного из главных раздражителей нацпатриотов – названия “Казахстан” и “казахстанской нации”, то для меня и тут все ясно. Разумеется, никакой “казахстанской нации” нет. Есть казахи, есть русские, немцы, уйгуры, корейцы и так далее… А Республика Казахстан есть! И я не могу понять, чем республика Казахстан отличается от Казахской республики? И там, и там в основе названия страны лежит слово “казах”. Давайте назовем нашу страну Казахской республикой. Но и Казахстан оставим! Мне нравится это название - емкое, звучное, очень гордое и вполне вписывается в тюркскую систему словообразования.

- Но Шаханов и его сторонники именно этим двум моментам придают определяющее значение …

- К Шаханову можно относиться по-разному, я далеко не все в нем принимаю однозначно, но с чем нельзя поспорить – у него казахская душа и казахское сердце. И он очень тонко чувствует, откуда исходит опасность для казахов. Он как поэт это очень тонко ощущает. Чувствует так же, как и я, немец, ощущаю опасность и беду для моего народа.

Вспоминаю, как я пытался бороться за автономию немцев в СССР. Как тяжело и больно было видеть равнодушие и непонимание наших проблем, толстокожесть их всех во главе с Горбачевым, потом Ельциным, их полное безразличие, не очень старательно маскируемое деланным интересом. Был я у них на приеме, пил кремлевский чай. Потом все понял и отошел от всего.

Поэтому я могу понять, что движет Шахановым. Другое дело – ему не хватает интеллектуальной мощи. Его перехлестывают эмоции, и он выдвигает такие вещи, которые я не могу принять. Но это не только его беда. В тонкостях межнациональных отношений часто не могут разобраться очень многие деятели культуры. Вот, припоминаю, Никита Михалков приехал сюда получать какую-то премию и с трибуны восторгался, что удивлен и восхищен, что наши казахи так здорово говорят по-русски. Так он, я считаю, этим здорово уел наших казахов. Ведь и чукчи так же хорошо говорят, и нганасаны. Молодцы, конечно, но если бы также хорошо своим родным языком владели, вот это было бы настоящее благо!

- Так все же, кто мы с вами вдвоем – казахский народ, или казахстанский?

- И вы, и я по государственной принадлежности – казахстанский народ. Но этнически вы русский, а я немец. И хоть меня и называют “последним казахом”, и мне это льстит, я никогда не откажусь от принадлежности к немецкому народу. Так же, как многочисленные казахи, живущие в России, никогда, я уверен, не откажутся от своих казахских корней, оставаясь россиянами.

- Хорошо, с этим разобрались. Но вот, читаю в газете “Жас казак уни” редакторскую статью, цитирую: “И мы не будем спрашивать мнений других, как с нами им быть, мы просто будем строить наше национальное государство. По истинно казахскому принципу: “Озi жаксы кiciге бiр кiciлик орын бар”. То есть, посадили тебя в нашу арбу - езжай и помалкивай. Вы молчите?

- Я не молчу. Вот, занимаюсь “Плетеньем чепухи”, наплел уже несколько тетрадей, многое опубликовано, кстати, в той же газете, откуда цитата. Говорю там то, о чем думаю. Но иногда, наслушавшись в ответ всякого, хочется бросить все. Говорю себе: “Кто я такой, в конце концов? Чего я лезу в эти дела? Буду молчать и жить себе потихоньку! Потом думаю – нет, я все же писатель, мое дело говорить, писать, я же не эмигрант, я гражданин этой страны, молчать нельзя. Но если мне настойчиво и прямо скажут: “Посмотри на шанырак, откуда ты взялся? Пьешь нашу воду, ешь наш хлеб и радуйся этому, молчи или убирайся!” - тогда нужно будет выбирать.

Вообще любой нажим, насилие дают всегда обратный эффект. У меня сестра жила в Узбекистане, работала медсестрой. И с соседями, и с пациентами по-узбекски вполне объяснялась, где-то по-русски, где-то по-узбекски друг друга понимали. И вот вышел указ – все врачи и медсестры должны говорить только на узбекском. И она вдруг перестала разговаривать. Не могу, говорит, и все! Не получается! Пришлось уйти с работы, а потом и уехать из страны.

Так что только на терпении, на консенсусе, на благожелательности и можно построить то, что мы собираемся строить.

- Вообще, с чего вдруг возникла необходимость принятия доктрины? У нас что, обострились межнациональные проблемы? Возникли какие-то напряженности, требующие неотложного решения? Должна же быть какая-то причина? Нацпатриоты, например, объясняют это двумя причинами – еще один аргумент Западу в выдвижении нашего президента на Нобелевскую премию мира и отвлечение народа от экономических проблем, вставших после вхождения в таможенный союз.

- Вполне возможно и так. Сам не пойму, зачем это понадобилось. Я с 41 года живу в Казахстане и живу спокойно. Мы и дальше обречены жить вместе. И будем жить без всяких ассамблей и доктрин. А все это только – чтобы народ булгачить. И показухой заниматься перед Западом.

Я вам скажу - большинство народа нашего знать не знает ни о какой ассамблее, ни о какой доктрине. Надо работать, воду людям в поселки проводить, свет, дороги, производство развивать, чтобы работа была у всех, социальную защищенность повышать и это лучше всяких доктрин и ассамблей сработает.

- В газете “Жас казак унi” прочитал : “Прошло 18 лет, как Казахстан обрел суверенитет. Однако жизнь казахов стала хуже, чем прежде. И главная причина – это приниженность национального самосознания казахов”. Думаете в этом причина?

- Что касается самосознания – смотря что в это вкладывается. От того, что ты в какой-то декларации поднял общественное реноме одной нации над другой, самосознание не поднимется.

По-моему, самосознание зависит от того, раб ты в своей душе или свободный человек. А по-настоящему свободный человек никогда не будет принижать, ущемлять, делать рабом другого.

В моем понимании, национальное самосознание казахов вовсе не приниженное, если определять это еще и как гордость за свою страну, причастность к ее судьбе. Я, например, патриот своей страны, патриот всего казахского, очень многими качествами нашего народа горжусь. Вот маленький пример, пустяк, но яркий, рассказал Шота Валиханов. Пригласили как-то их в Германии на чашечку кофе. Выпили, говорит, в два глотка, ждем, что еще нальют. Напрасно ждали. Оказалось, на вторую не было рассчитано! На одну же приглашали!

В нашем народе такого представить невозможно. Тебе последнее отдадут и еще пригласят, от всего сердца!

Но и гордиться – тоже надо знать чем. Вот у нас внешний долг больше 100 миллиардов долларов! Чем же тут гордиться? Тем, что ты живешь в долг и твоим детям и внукам надо будет расплачиваться? Чтобы по-настоящему страной гордиться, надо много работать, жизнь налаживать, воровство искоренить, коррупцию, жажду наживы. Надо социальную справедливость наладить, честный и неподкупный суд создать. Как- то народ надо объединить…

- Вы несколько лет назад предлагали в качестве объединяющей национальной идеи выдвинуть казахский язык…

- Да, я одно время верил в это. Но потом понял, что это не получится.

- Недавно Карим Масимов заявил: - “Вопросы развития казахского языка должны стать национальной идеей”.

- Он пришел к той же ошибке, от которой я давно ушел. Я так думал 10 лет назад. Я тогда был искренне убежден, что вокруг этой идеи сплотится весь народ страны. Потом понял – нет.

Вообще, что меня удивляет, все у нас страшно гордятся тем, что есть хорошо говорящие на казахском немцы, русские, корейцы.. Их по телевизору показывают, хвалят и т.д. Но оттого, что они, инородцы, заговорят по-казахски, в стране ничего не изменится. Именно казахи должны в совершенстве знать свой язык, и не разговорный, а литературный. Не мы развиваем язык, а вы, казахи. Вы все заговорите на своем языке и нам некуда будет деваться. А то до чего дошли – настоящий чистый казахский язык редко услышишь. Мне повезло, я знал старых актеров, которые владели очень красивой, богатой речью, как изумрудами пересыпанной поговорками, мудростью народной. Письменности ведь не было, все хранилось в устной речи, в словах. Помню, как говорила мать писателя Абиша Кекильбаева, какой у нее был внутренний ритм, речитатив. Сейчас такую речь услышать – счастье.

Конечно, если говорить о национальной идее, язык обязательно должен быть ее компонентом. Но мы до сих пор не можем ее определить и сформулировать. Вот бы чем заняться по-настоящему вместо разработки доктрин.

- А литература, ведь это, во многом, ее сфера? Существует ли она вообще, способна ли воздействовать на умы и сердца?

- Литература в Казахстане упала очень сильно. Но это ведь и общемировая тенденция. Пишут-то много, только уровень не литературы, а чтива.

А интересные писатели в Казахстане, к счастью, есть. Мы их только плохо знаем. Даже те, что издаются – тиражи ничтожные. Захочешь почитать – не найдешь. Казахскоязычных авторов на русский переводить некому. А ведь хорошие переводы с казахского на русский – это тоже путь к объединению двух народов, пробуждению интереса к культуре, к языку. Но переводчиков нет, некому искать их, выучивать. Для этого нужна школа, преемственность. Все утеряно…

А хорошие, талантливые авторы есть. Особенно поэты – их творчество основано на древних национальных традициях сказителей, жирау, на творчестве Абая, Махамбета. Вот только что написал статью об одном из них, Иран-Гаипе. А еще Темирхан Медетбек, Софы Сматаев. Да я не задумываясь назову двадцать замечательных поэтов. Только широкой казахской читательской публики мало, русские их почти не знают, а за рубежом не знают и вовсе.

Еще хуже дела у казахских русскоязычных писателей и поэтов. Они от казахов ушли, к русским не дошли. А среди них тоже есть незаурядные люди. Дюсенбек Накипов, Аслан Жаксылыков, Бахытжан Канапьянов. Интересные литераторы, со своим взглядом, своим стилем. Но не выходят они из своего узкого круга читателей и почитателей.

Вот активно работает литератор, сценарист Ермек Турсунов. Написал на русском очень интересный роман “Мамлюк”. Это глубокая вещь, надеюсь, она не останется незамеченной.

Что любопытно, литературой сейчас заниматься совсем невыгодно, а писателей не убывает. Наоборот, все больше становится. Вот на столе кипа книг, рукописей для рецензии, читать не успеваю. И каждое утро меня во дворе поджидает кто-нибудь с новым творением. Это хорошо – чем больше книг, тем больше мыслей. Среди них и умные попадаются.

- Как-то Вы обмолвились про имеющийся у Вас необычный казахско-русский словарь, изданный в России еще в 19 веке…

- Самого словаря у меня, к сожалению, нет. Есть только ученическая тетрадка, куда выписана только малая его часть. А история такова - много лет назад Абдижамил Нурпеисов в Книжной палате России в Москве обнаружил удивительное издание. Это единственный экземпляр казахско-русского словаря профессора Машанова, изданный в Оренбурге в 1899 году. Удивительно тщательно составленный и точный, он включает множество слов и понятий, многие из которых давно не употребляются. Абдижамил пришел в восторг от этого словаря и что мог, то переписал в тетрадку. Много лет назад он мне ее подарил и я до сих пор ею с благодарностью пользуюсь. Лет двадцать пять назад, еще при Колбине, я рассказал об этом с трибуны, академик Султангазин заинтересовался, хотел переиздать, но что-то помешало.

А сейчас бы это было очень кстати, ведь в нем много слов, которые современные казахи не знают. Имея этот словарь, можно было бы проследить, как меняется язык, как развивается культура. Раньше такое переиздание было проще сделать, была одна страна. Как быть сейчас – не знаю. Но для казахской культуры это было бы большим приобретением.

- Год назад Вы обратили внимание на чей-то подсчет – в послании президента народу ни разу не прозвучало слово “культура”. А в нынешнем послании не подсчитали?

- Нынешнее послание не слушал и в газетах не читал. Думаю, оно не очень от прежнего отличается. Как-нибудь надо взять все 12 посланий и проанализировать, какой от них эффект, что в жизни народа изменилось. И тогда будет ясно, что все они – яйца из одного гнезда. Похожи, как две капли воды, что-то на злобу дня в тексте меняется, а итог один – в жизни не меняется ничего. Поэтому я всегда вначале читаю оппозиционные газеты и впадаю в уныние, в пессимизм. Когда совсем тоскливо становится, разворачиваю “Казахстанскую правду” и включаю “Хабар”. И сразу у меня наступает покой и умиротворение – все не так плохо оказывается. И весь мир рукоплещет казахстанским достижениям. В том числе и в области культуры.

На самом деле, очень приятно, что у нас есть замечательные скрипачи, которые исполняют Вивальди и Паганини, есть великолепные, мирового уровня певицы, поющие Верди и Россини. Продвигают западную культуру, молодцы. А нашу национальную культуру кто продвигать будет? Вот недавно руководитель союза композиторов с грустью рассказывал, что минкульт гранты выделяет молодым композиторам, они пишут национальную музыку, оперы, балеты. Но они не ставятся в театрах, зритель их не видит. Ни национальная литература, ни музыка в массы не идет, и в других сферах культуры та же ситуация.

Только зарубежную попсу на казахский манер слегка переделывают и выдают за свое, молодежь довольна. А настоящее, национальное из искусства уходит и никому дела до этого нет. А не будет национальной культуры – откуда взяться национальному самосознанию?

- Герольд Карлович, помните, раньше было такое понятие – общественное мнение. Люди дорожили им, старались не упасть в глазах людей, свои поступки и слова по общественному мнению соизмеряли…

- Давно уже никакого общественного мнения нет. Потому что никто им не дорожит. Что-нибудь стыдное скажут, а потом спокойно в глаза людям смотрят. Был я как-то на встрече писателей с президентом в числе многих своих давних знакомых. Именно тех, которые в узком кругу с таким задором порядки и власть обличали, что казалось, дай им возможность – они кому угодно все в глаза выскажут. И вот сидим мы за круглым президентским столом, и эти аксакалы уважаемые, никому не дав слова сказать, начинают хвалебную песнь. Настоящее соревнование идет, кто эффектнее скажет, кто выше президента поднимет.

Сижу и вспоминаю Джамбула, как он мучился, когда писал о Сталине. Никак не мог подходящее сравнение подобрать – хотел бы с солнцем его сравнить – солнце ночью не светит, с луной – а ее днем не видно, тоже не хорошо.

Так и наши – наговорили похвальбы, входят из покоев, глаза прячут. Вот тебе и общественное мнение.

Или, если отойти от литературы, можно вспомнить политиков. Оралбай Абдыкаримов выступает на общественном совете “Нур-Отана” по борьбе с коррупцией и говорит: “Мы знаем наших граждан, которые благодаря коррупции нажили миллионные состояния”. Так если ты их знаешь, займись ими, выведи их на чистую воду, у тебя же все права. Или молчи.

Когда-то у меня прозвучала фраза и мне ее недавно напомнили – “В результате борьбы с коррупцией в Казахстане останутся одни коррупционеры”.

Никому сейчас ни от чего стыдно не бывает, ушли те времена.

- Расставлять по номерам, конечно, занятие неблагодарное, но без этого все равно не обходится. Вы и сами недавно, говоря о Шекспире, его разносторонней образованности и широчайших познаниях, вспомнили Ильяса Джансугурова… А свое место в литературе вы определили?

- Я говорил о том, вспоминая Шекспира, что для писателя необходимо хорошее образование, кругозор, большие познания в разных областях. Иначе что ты интересного можешь сказать людям? Вот у Ильяса Джансугурова в поэмах и стихах встречается более ста названий растений наших гор и степей. Он каждой былинке знал имя и мог описать ее с любовью. У Максима Зверева всегда есть точнейшее описание каждой птички.

А место Бельгера в литературе определять не мне. Если будет нужно – потом поставят, куда нужно. Но кое-что я уже знаю. Как-то написал пьесу, дал почитать жене. Прочла, положила на стол, сказала: “Спрячь подальше и никому не показывай!”. Так что драматурга Бельгера точно не будет. Жена для меня лучший критик. Я ее вкусу верю. А моему вкусу, хотя я и не Белинский, верят другие авторы, поэтому и несут без конца рукописи: “Ага, почитайте, мне важно знать ваше мнение…”.

Люди верят, что я беспристрастно его выскажу. А многим это важно. И я это доверие ценю.

Пишу с удовольствием эссе, где сопрягаю чувства и мысли, знания и отношение к жизни. И уж точно мое, где со мной тягаться пока некому - взаимодействие и сосуществование культур, литератур народов, которые мне родные: немецкой, казахской, русской.

- Давайте от литературы опять вернемся в общество. Вы живете в Казахстане уже почти семь десятилетий, знаете многих очень разных людей. Как Вы считаете, найдется ли достойный преемник главе государства, когда такой вопрос встанет? Есть ли человек, способный сплотить страну, выбрать правильный курс и повести за собой весь народ?

- Мой покойный друг Зейнолла Кабдолов, когда мы обсуждали этот вопрос, всегда говорил: “Альтернативы Назарбаеву нет!”. А я ему отвечал – что же это за страна? 16 миллионов людей и нет альтернативы Назарбаеву? Тогда мы кто? Ничтожный народ! Бишара! Сплошная бестолось! Так нельзя!

Все прекрасно понимают, что любой лидер – временщик. Он уйдет, когда придет пора. И если народ не способен выдвинуть нового лидера, то этот народ ничтожный.

Я Назарбаева неплохо знаю. И он ко мне удивительно хорошо относится, хотя я его и критикую. Он патриот и очень любит свою страну. Он от природы исключительно талантлив, харизматичен. Он хороший психолог и прекрасно разбирается в людях, всегда мгновенно оценивает ситуацию и быстро принимает решения. Он способен на поступки. Но тем более непонятно, почему он окружил себя людьми, которые диссонируют с ним. Разобраться в причинах – не по моим силам задача.

А что касается достойных людей, то таких немало. Я лично знаю многих, которые способны катить эту арбу и которые всеми лучшими достоинствами обладают. Они молоды, энергичны, прекрасно образованы, знают несколько языков и казахский обязательно. Это не пять, не десять человек, их много! Уверен, поставь одного из них судьба на самый верх, мы через полгода будем хлопать себя по ляжкам и говорить: “Апырай, как же мы раньше этого человека не замечали?”. А пока их место там, наверху, занимают совсем другие люди. Посмотрите, например, на Саудабаева. Разве это министр иностранных дел такой страны, как наша? И таких можно перечислять и перечислять…

Кстати, ветеран Аскар Ахметов как-то подал интересную мысль о том, что создание справедливой системы подбора казахстанского высшего менеджмента для управления страной и является сегодня лучшей национальной идеей.

- Если говорить о преемнике, то стоит вспомнить Маркса и его “18 брюмера Луи Бонапарта”. Те строчки, где говорится, что нации, как и женщине, не прощается минута оплошности, когда первый встречный может совершить над ней насилие… Не секрет ведь, что президент пользуется поддержкой русскоязычного населения именно благодаря своей межнациональной толерантности. Будет ли таким, по определению, новый лидер?

- Не того надо боятся. Мудрые казахи говорят – когда придет черный сосед, ты завопишь: где ты, рыжий брат! Так что какой-нибудь случайный башибузук поддержки казахского народа не получит. Слишком многое связывает Казахстан с Россией. Исторически так сложилось и это единственный путь, который поможет сохранить нацию и государственность казахов. Что бы плохого не вспоминали, чем бы друг друга не попрекали, другой дороги нет. Эта взаимосвязь единственная, которая не грозит нам потерей языка, культуры, суверенитета и территории. Без России Казахстану не выжить, сохраняя, конечно, дружбу с другими странами.

Кстати, Назарбаев, надо отдать ему должное, очень ловко балансирует между всеми тремя китами, на которых держится мир. Не без потерь, конечно, но он продолжает дело великих казахских ханов, тут я его не упрекну. Вот это бы преемнику в первую очередь надо учесть.

А что касается громких заявлений иных национал-патриотов, то все это понимают – они ищут зацепки, чтобы получить власть. Но скажу вам точно – шансы у них невелики. Времена изменились. И с этим надо считаться.

- Ваше имя Герольд, что значит “глашатай”, “трубадур”. Если бы получили волшебную возможность возвестить что-то народу, что бы Вы сказали?

- Я бы обратился к каждому: “Всегда, при любых обстоятельствах оставайся человеком”.

***

Источник: "КазТАГ"
Поделиться новостью

Новости по теме:
Комментарий: 1
  • Руза

    Написанный Гости 22 мая 2011 21:05.

    Уважаемый Герольд Бельгер, с того времени (точно не знаю с какого) очень уважала вас. Как-то даже звонила, выражая свою симпатию к вам как личности. Прочитав вышеизложенное, где вы говорите о том, что Россия только поможет казахам сохранить свой язык, территорию, государственность, простите разочаровалась. Знаете же, сколько национальностей ассимилировала политика россии в русских. И сейчас этот процесс активно продолжается (Хакасия и др.). Знаете, что колонизация казахов шла около 150 лет, добровольно никакой народ не хочет терять свободы. Сейчас, не было бы интересов в основном Запада, Китая, США, русские, которые несмотря на огромную их территорию прилично откромсали при проведении делимитации, спокойно бы проглотили нас обратно и не поперхнулись. Это они-то, которые делали все возможное, для того чтобы искоренить казахов как нацию: искусственный голодомор 22 года, настоящий геноцид, который как раз таки был, целина, Семипалатинск, другие ядерные полигоны и захоронения, Байконыр, если не вспоминать царскую россию, идея Хрущева - с русским языком скорее придем к коммунизму, закрытие в 70-тых огромного количества казахских школ! Ни это ли результат сильного расслоения казахов, о котором вы хорошо сказали? Это результат россиской вековой политики, по казахский лучше выражу: бодан халыктарга, в частности казахам! Вы прекрасно должны знать, никакая страна, тем более бывшая метрополия, не будет радеть за свободу и процветание колонии, и эти мысли сосед время от времени прекрасно выражает через своего жириновского. Вот вам и россия, "без которой казахи не выживут"

    Простите, но мало кто верит результатам опроса насчет выезда в другое ПМЖ только из-за того, что большинство в стране казахи, по вашему выходит что треть хотят уехать из страны. Более 50 лет живу на родине, не на луне, простите, не в селе, а в городе областного значения, бываю в большинстве регионов страны в разных кругах, и что-то не встретила таких?

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.